Масленников Гавриил Михайлович

Масленников Гавриил Михайлович

С фотографии, сделанной В НКВД незадолго до приведения в исполнение смертного приговора, смотрит лицо изможденного, физически уставшего, но духовно не сломленного человека. От его облика исходит ощущение крестьянской закалки, стойкости, внутренней основательности. Он смело смотрит в объектив казенного фотоаппарата, словно хочет спросить кого-то: неужели не надоели ведущим допрос эти сфабрикованные ими нелепые обвинения, бессмысленные потуги предъявить какие — то улики и непрерывные истязания арестованных? Глубокие складки пересекают высокий лоб, легкий прищур умных глаз не скрывает попытки вникнуть в суть каверзных вопросов, задаваемых недоумками-следователями. Все свидетельствует о необыкновенном самообладании заключенного. Губы приоткрыты, и кажется, на них замерло слово правды… Да, это портрет непокоренного узника! Таким он и принял смерть, отвергнув все наветы и не предав имени Бога. Не случайно Масленников Гавриил Михайлович причислен к лику святых новомучеников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.
Что вспоминалось ему в последнюю ночь перед расстрелом? Может быть, отцовская закопченная кузница, где он так любил бывать в далеком детстве? Может быть, ссылка в Казахстан? Или храм во Внукове, где довелось служить в последнее время? А может быть, страдал от того, что семья вновь осталась без кормильца? Да, сурово расправлялось тогда время с лучшими людьми России, с теми, чьей единственной «виной» была нерастраченная, непроданная вера в Господа Бога.
Гавриил Михайлович Масленников родился в 1871 году в городе Михайлове. Семья была религиозная и дружная, дети воспитывались в труде и благочестии. Родители, Михаил и Ольга, дали мальчику имя в честь Архангела Гавриила, посланного Господом к Деве Марии с известием о том, что она родит Спасителя. Интересно, что толкователи этого имени отмечают такие черты его обладателя, как энергичность, деятельность, твердость. Гавриил умеет владеть собой, сдерживать эмоции. Эта работа требовала от молодого человека собранности, сосредоточенности, быстрой реакции и, конечно же, недюжинной физической силы. Но стремление к знаниям никогда не покидало юношу, он много читает, серьезно задумывается над проблемами, поставленными авторами, особенно его привлекает духовная литература: вероятно, уже в молодые годы он мечтал о церковном служении.
В 1893 году он был призван на военную службу и направлен в Варшаву, в 171-й Кобринский полк Особого назначения. Сюда отбирали рослых, статных новобранцев, обладающих достаточной физической подготовкой. На Родину Гавриил вернулся в 1896 году в звании ефрейтора. И вновь работа в кузнице. Приходилось восстанавливать подзабытое мастерство и сноровку. Ему по душе был жар горна, тяжелые вздохи мехов, запах окалины, перезвон «дзынь» от удара кузнеца молоточком по заготовке и басовитого «бом», когда молотобоец опускал свой молот. Этот веселый перезвон разносился по всей округе, наполняя сердце умиротворением и тихой радостью. Но в 1904 году началась русско-японская война, и кузнец, говоря словами А. Твардовского, «в поход запоясался». Из окна поезда, следуя в составе воинского эшелона на Дальний Восток, видел он необъятные просторы Родины. Бесконечной казалась ему Сибирь, плечом к плечу с сынами которой ему предстояло сражаться. Теперь трудно сказать, где Гавриил принял боевое крещение. Но вспомним кратко описание самых крупных битв, чтобы убедиться в мужестве и выносливости русского солдата.

Русско-Японская война. Гавриил Масленников (второй справа)

13 (26) мая состоялся бой у Цзиньчжоу, в котором один русский полк в течение двенадцати часов отражал атаки трёх японских дивизий. 11 (24) августа началось одно из генеральных сражений русско- японской войны — сражение при Ляояне. Три японские армии полукругом атаковали позиции русских. Русские три дня успешно отбивали все атаки японцев к югу от Ляояна. По приказу Куропаткина армия отступила в полном боевом порядке, не оставив врагу ни одного орудия. Общий исход сражения при Ляояне был неопределенным, но для русских явился тяжелым моральным ударом, так как все ждали в Ляояне решительного отпора японцам. 22 сентября (5 октября) состоялось сражение на реке Шахэ. Исход сражения вновь был неопределенным, так как 17 октября Куропаткин отдал приказ о прекращении атак. В феврале 1905 года состоялось Мукдемнское сражение — наиболее масштабная, продолжительная по времени и самая кровопролитная битва периода русско-японской войны. Ни одна из сторон не одержала в этом бою решительную победу, но захват японцами Мукдена позволил заявить им о своей победе. Где, в каком из сражений отличился михайловский герой, пока не удалось установить, но известно одно: за проявленную в боях отвагу он был награжден Георгиевским крестом. Однако судьба уготовила ему серьезное испытание: он попал в плен к японцам.

Татьяна Масленникова

После освобождения Гавриил по окончании военной службы вернулся домой. Он работал по-прежнему кузнецом, арендуя кузницу в Печерниковских Выселках Михайловского уезда, а затем — в селе Прилучье. В это время произошло серьезнейшее событие в его жизни — женитьба на Татьяне Ивановне Бориной, глубоко верующей девушке из семьи мещан, приехавших в Михайлов из города Коврова Владимирской губернии. Кажется, сам Господь вел молодых людей дрyг к другу: они встретились на улице, когда стройная красавица Татьяна несла на коромысле ведра с водой. Шедший навстречу молодой человек совершенно неожиданно вызвал в ее душе какое-то новое, доселе незнакомое ей волнение. «Сердце дрогнуло», — как впоследствии рассказывала она своей внучке Лидии. «Если он обернется, то будет моим мужем!» — вдруг подумала она и посмотрела в щель незатворенной двери. Незнакомец обернулся… Молодожены поселились в Михайлове. Дом Масленниковых славился гостеприимством, здесь находил себе приют и поддержку каждый нуждающийся. Благочестивые супруги вместе с детьми посещали богослужения, особенно часто бывали они в храме Покровской обители на Черной горе. Здесь не раз крестили они своих новорожденных детей (а их появилось на свет тринадцать человек, из них в живых остались два сына и три дочери). Другим любимым местом в Михайлове был храм Спаса Преображения Господня с приделом в честь святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Родители по мере сил старались привить детям начала веры и благочестия.
Гавриил Михайлович был уважаемым человеком в городе, земляки высоко ценили честность, принципиальность и неподкупность Масленникова, поэтому в 1920 году на городском народном собрании они избрали его городским головой. По воспоминаниям матушки Татьяны Ивановны, супруги будущего священника, народ кричал: «Гаврюху-кузнеца! Гаврюху-кузнеца!» Так жители выражали свое глубочайшее доверие к этому человеку. К нему шли с любой просьбой — и никто не получал отказа. Особенно часто просили написать какое-нибудь прошение, заявление: ведь михайловцы во всем прислушивались к мнению своего немногословного, но чуткого к нуждам других человеколюбивого избранника. «Очевидно, что областные власти должны были знать, что Масленников — не коммунист и к тому же верующий, но избранию его воспрепятствовать не смогли пишет игумен Дамаскин (Орловский) в книге «Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия».
Да, подобно некрасовскому герою из поэмы «Кому на Руси жить хорошо» — Ермиле Гирину, Гавриил Масленников тоже имел почет у своих земляков- михайловцев –

Почет завидный, истинный,
Не купленный ни деньгами,
Ни страхом: строгой правдою,
Умом и добротой!

Но в начале двадцатых годов у Гавриила Михайловича стало стремительно ухудшаться зрение; врачи отнесли это на счет его профессии кузнеца и настоятельно стали советовать оставить ее. Долго думал Гавриил Михайлович, как быть. В душе оживало давнее желание стать священником. Его не страшили идущие повсюду гонения на Русскую Православную Церковь, но смущали собственный преклонный возраст и отсутствие специального образования. Он жаждал стать всецело служителем Господа, но недоставало решимости, так как он считал себя недостойным служения столь высокого. Но однажды во сне он увидел умершую мать, которую он отпевает, находясь в сане священника. Этот сон он почел благоприятным знаком к принятию решения. В 1924 году он поехал в Рязань к архиерею, сдал экзамены на знание богослужения и Священного Писания, а также основных положений православного вероучения и был рукоположен в сан диакона ко храму Рождества Богородицы в селе Маково Михайловского района.

Храм в селе Солнечное

В 1925 году диакон Гавриил был рукоположен в сан священника ко храму Покрова Божией Матери в селе Самодуровка (ныне село Солнечное) Михайловского района, — сообщает в той же книге игумен Дамаскин (Орловский). Гавриилу Масленникову шел 54-й год, возраст необычный для начинающего духовного пастыря. К тому же он не учился в семинарии, не воспитывался в монастыре — и все же экзамен был выдержан с честью, что свидетельствует о его огромной работе над духовным самообразованием, о глубоких познаниях его.
Храм нуждался в серьезном ремонте, и отец Гавриил трудился по его восстановлению вместе с прихожанами. Пройдет 76 лет, и в другом, монастырском, храме Покрова Пресвятой Богородицы на Черной горе состоится прославление служителя православия как святого. Но сколько страданий, сколько физических и нравственных мук предстояло отцу Гавриилу перенести, через какие лишения пришлось пройти! И как много было в сердце его доброты и любви к людям, как глубока была его православная вера! Видно, Покров Пресвятой Богородицы непрестанно незримо пребывал с ним, ведя священника к духовному подвигу. Дочь Вера вспоминала о его поистине бескорыстном служении: «Придут, бывало, к нему с просьбами, чтобы он совершил крещение или погребение, но скажут, у нас с деньгами плохо. Отец успокоит их и только ответит: будут деньги — отдадите, не будет — Господь не взыщет. И, конечно, тотчас крестил или отпевал. Он был призван на служение Богу и за Него пострадал, но не изменил своим убеждениям, своей вере. Жизнь шла безропотно, и от него исходила какая-то светлость».
Атеистическая идеология принципиально отвергала религию. 1917-1920-е годы вошли в нашу историю как первый период интенсивных гонений на церковь. Начались массовые репрессии против священно служителей и верующих. Около 10 тысяч приверженцев православия были умерщвлены, многие попали в тюрьмы и концлагеря. Надо было иметь немало мужества и крепкой веры, чтобы в такое время связать вою судьбу с церковью. «Священническое служение стало для отца Гавриила великой отрадой и утешением. Он любил богослужение и храм, это чувствовали прихожане, и это привлекало их к церкви, тем более, что отец Гавриил, будучи человеком высоконравственным, до своего рукоположения пользовался среди жителей большим авторитетом».
Гонения на церковь не прекращались. (Как указывает статистика, всего за 1929-1933 гг. было репрессировано около 40 000 священно-церковнослужителей. Только в Москве и Московской области пострадали 4 000 человек). Среди пострадавших оказался и наш земляк, арестованный «по разнорядке ОГПУ» весной 1931 года. За «антисоветскую деятельность» отец Гавриил, псаломщица Мария Сибикина и сестра жены священника Масленникова Анна Комарова были приговорены «тройкой» чекистов к заключению в исправительно- трудовой лагерь сроком на пять лет с заменой высылкой этапом в Казахстан на тот же срок.
Староста храма Архистратига Михаила в городе Михайлове Софья Чканникова, якобы входившая в антисоветскую группировку отца Гавриила, была осуждена на пребывание в исправительно-трудовом лагере сроком на три года. Сохранились листы допроса, и, читая ответы нашего земляка, поражаешься собранности его, мужеству, верности своим убеждениям: «Я считаю, что построение колхозов из одних бедняков, которые сами себя не могут прокормить из нелюбви к труду, — из них колхозов не создашь, а необходимо принимать любящих труд. Религиозные убеждения я имею с детства, так воспитан родителями, для душевной отрады я поступил в священники. В предъявленном мне обвинении в агитации против советской власти, в распускании слухов, что скоро падет советская власть, и тому подобном виновным себя не признаю». Никакого проявления страха перед следователем, четкость и ясность мысли, логичность аргументов… А ведь допросы нередко сопровождались истязаниями и унижениями! Татьяна Ивановна рассказывала внучке Лидии, что не раз ей возвращали окровавленные рубахи мужа.
Он знал, что семью «врага народа» лишили крове, что домочадцам пришлось скитаться по чужим домам, что дети вынуждены были побираться. Одна из дочерей, Лида, и в поздние годы с болью в сердце вспоминала, как протягивала ручонку с просьбой подать кусочек хлеба. Позже нашли на окраине брошенную покосившуюся избушку с земляным полом… Трудно было отмахнуться от изнуряющих дум о семье, но ничто не сломило духа человека, посвятившего себя служению Богу. Эта вера в Божий промысел дала ему силы претерпеть все тяготы ссылки. Позже младшая дочь Лидия вспомнит стихотворение, которое отец прислал в письме из Акмолинска, где вновь ему пришлось заниматься кузнечным делом. О подлинном смирении и готовности к долготерпению свидетельствуют печальные, проникновенные лирические строки:

Ты не пой, соловей,
против кельи моей,
Не мешай, соловей,
ты молитве моей.
Я и так много лет
безответно страдал…
А теперь я страшусь
той поры и людей.
Я стою и молюсь
в бедной келье моей.

Храм в селе Внуково

А по возвращении в 1936 году он вновь становится священником, только теперь — храма Преображения Господня в селе Внуково Михайловского района. Не удавалось советской власти отвадить прихожан от церкви. Мудрые проповеди отца Гавриила привлекали немало христиан. К нему шли за духовной поддержкой и советом, и каждый находил в его лице доброго друга; всех он внимательно выслушает, вдумается в создавшуюся ситуацию и даст ценное наставление. Общение с ним скрашивало нелегкую жизнь прихожан Семья продолжала обитать в заброшенном доме. В свободное от службы время священник ходил на луга, накашивал осоку, высушивал ее, и ею выстилали земляной пол в доме. Ею же и топили печь. И вновь до глубокой ночи священник читал духовную литературу, готовился к своему обращению со словом Божиим к прихожанам.
Но наступил уже самый страшный период гонений на православие. 1935-1938 годы стали временем самых жестоких испытаний для РПЦ. За всю историю христианства не было гонений, которые по своему размаху были бы сопоставимы гонениями на Русскую Церковь в эти четыре года. Советское государств решило полностью уничтожить религиозную жизнь на своей территории. Именно в это время РПЦ как организованная структура была почти полностью разгромлена.
Священники и члены их семей были заклеймены убийственным словом — «лишенцы», они не имели гражданских прав и на работу, ни на образование, ни на медицинские услуги… Гавриил Масленников не оставлял без внимания и помощи семьи арестованных священников, хотя его домочадцы сами еле сводили концы с концами. Он поддерживал материально жену арестованного Григория Емельяновича Амелина, давал деньги и благочинному Акинфееву на содержание епархии.
Сотрудники НКВД на основании ложных доносов сельчан осенью 1937 года вновь арестовали отца Гавриила. Его взяли прямо из церкви Преображения господня, словно был в этом условный знак, указующий на будущее признание священнослужителя святым… Он был помещён в Скопинскую тюрьму, затем переведён в Рязань. Ему опять предъявили обвинение в антисоветской пропаганде.
Один из злопыхателей утверждал: «Как только у нас в деревне поселился священник Масленников, сразу же упала трудовая дисциплина. Руководство колхоза ослабло, правительственные планы по уборке урожая и севу не выполнялись…
Семья священника собирала колосья пшеницы с колхозных полей, где урожай еще не был убран». Мы ничего не знаем об авторе этого заявления, но расчетливая, подлая, мелочная душонка этого подонка сквозит в каждом его слове! Он воспользовался возможностью свести свои счеты и с председателем колхоза, оговорив его.
Не проявил твердости духа и вызванный после этого на допрос председатель колхоза Тихонов. По его словам, преступление священника состояло в том, что тот призывал «не забывать храм Божий и почаще молиться Богу», а «во время уборочной кампании священник Масленников сагитировал женщин пойти в церковь на праздник Успения», чем якобы навредил колхозному строю. «В доме священника часто собирались по два-три священника. В мае 1937 года около его дома на скамейке сидели двое неизвестных мне священников, которым священник Гавриил Масленников говорил: «Да, братцы, отцы духовные, наступило тяжелое время для всех православных христиан, в храм ходить стало мало, а верующих гнали в колхоз, как скотину, и работают там без денег». «В дом к священнику Масленникову часто приезжают люди из деревень, и совершают у него на дому крестины», — усердствовал в своих показаниях смалодушничавший Тихонов, не думая, что именно этим он обрекает ни в чём не повинного человека на явную гибель.
Гавриил Михайлович мужественно отрицал все наветы: -Следствию известно, что вы совместно с указанными попами вели антисоветскую агитацию и религиозную пропаганду среди населения. Признаете вы это?
— Нет, этого я не признаю, но когда у меня в доме был Акиифиев, у нас с ним был разговор о новой конституции, в котором мы приветствовали власть, говорили, что мы теперь наравне со всеми имеем право выбирать и быть избранными в советы.
— Следствию известно, что вы высказывали недовольство советской властью и распространяли контрреволюционную клевету о колхозах. Признаете вы это?
-Нет, этого я не признаю
Давайте еще раз вглядимся в портрет священномученика, чтоб вновь и вновь восхищаться мужеством этого человека. Татьяна Ивановна говорила внучке Лидии, что свидания с заключенным были запрещены, но сама она вскоре перебралась в Рязань, чтоб быть ближе к своему мужу-страдальцу. Долгое время она жила на улице Ряжской (теперь — ул. Есенина). Супруги были достойны друг друга своей жизнестойкостью, твердостью духа, умением не дрогнуть перед испытаниями.
Несмотря на истязания, малодушная слеза не окропила на допросах лица заключенного, ни разу не дрогнул голос; четко и взвешенно звучали его ответы следователю. Кажется, что отец Гавриил и здесь оставался священником, который видит перед собой заблудшего и пытается словом своим вернуть его на путь истины… Но приговор явился стандартным и суровым: за «антисоветскую и религиозную пропаганду»
Но приговор явился стандартным и суровым: за «антисоветскую и религиозную пропаганду» — расстрел. 18 ноября 1937 приговор был приведен в исполнение. В августе 2000 года Гавриил Масленников причислен к лику святых новомучеников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви для общецерковного почитания.
Свершилось предсказание: «И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную». (Мф. 19,29).
День памяти его — 5(18) ноября.

Нина Ченкина. «Михайловские вести» №40(10717) 7 октября 2016 г

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Статистика

Все права защищены; 2021 Храмы Рязанщины